Как следовало из старинного договора баронов Пампа с герцогами Ирукана, первые оказывали вторым «помощь в войне службой, но не войском». Потому дон Тага отправился на войну, взяв с собой, согласно обычаю, одного слугу, двух оруженосцев и по два коня на каждого. Соединившись в оговоренном месте с силами герцога, дон Тага был представлен кузену его высочества, маршалу Дирке, принял под командование полусотню тяжелой кавалерии и две полусотни легкой. Всего же войска было три сотни гвардейской кавалерии на боевых верблюдах, шесть сотен тяжелой кавалерии, пятнадцать сотен легкой, и четыре с половиной тысячи пехоты.

Двигались походным порядком, выставив боевое охранение из легкой кавалерии, покуда невдалеке от излучины Бычьего ручья не заметили дымов лагеря холопского войска. Ввечеру разбили лагерь, не зажигая огней, а к ночи отправились взять языков — в чем дон Тага лично участвовал. Захватили четверых, тихо, так что никто и не заметил. Довезли правда, лишь троих — одному благородный дон слишком сильно стукнул по голове и тот помер еще на полпути. Но и троих оказалось достаточно — поскольку, напуганные видом каленого железа, говорили они без понуканий и складно.

Рассказали языки, что число холопского войска то ли 12, то ли 15 тысяч. Люди в основном от сохи, кроме шести — семи сотен варваров, да еще сотни — другой прибившихся разбойников и обнищавших ландскнехтов. Все пешие, обоз на быках, вооружены кто чем, разбиты на сотни кое-как. Во главе же стоит баба или девка, а может ведьма или жрица Старой Богини, которой еще покланяются в заокраинных землях. Девка эта, молодая и красивая, лет 20, рыжая и хитрая, как все дьяволы сразу. При ней командир ландскнехтов, варварский царек, да еще выборные из холопов. Вот такое, с позволения сказать, войско. Сброд, а не войско.

Отправили толковых людей — посчитать костры противника. Те посчитали — да, все сходится, если и соврали языки, то не сильно.